Запах кедра и старой кожи ударяет мне в нос, когда я открываю тяжелую дверь кабинета начальника. Лампа на моем столе отбрасывает конус теплого света, погружая комнату в полумрак. Она стоит у окна, спиной ко мне, лицо наполовину в тени. Силуэт ее тела вырисовывается на фоне ночного небосклона – линия напряжения и ожидания. Черная блузка туго обтягивает плечи, узкая юбка-карандаш едва доходит до колен. Я вижу, как она слегка дрожит, хотя ночной воздух не остужает комнату. Это напряжение, предвкушение того, что должно произойти. Я закрываю за собой дверь – тихий щелчок замка словно печать, отделяющая эту комнату от внешнего мира. Здесь, в этом кабинете, действуют только мои правила. Мой член уже начинает шевелиться в штанах, глухая пульсация, требующая свободы. Я знаю, что сейчас произойдет, и предвкушение пронзает меня, словно электрический разряд, бегущий по венам.
Я приближаюсь, слышу тихий скрип своих ботинок по паркету. Она не оборачивается. Я научил ее этому: ждать, пока я заговорю. Сегодня второй месяц ее в этой динамике, и я чувствую ее нервозность, как тонкую вибрацию в воздухе. Она усвоила, что терпение – добродетель, что ожидание обостряет чувства. Я задерживаюсь на мгновение позади нее, вдыхая аромат ее духов – смесь жасмина и ванили, которую я выбрал для нее. Ее плечи поднимаются и опускаются с каждым вздохом, и я вижу, как ее соски проступают сквозь тонкую блузку, твердые и готовые. Я кладу руки ей на талию, чувствуя тепло ее тела сквозь ткань. Она не вздрагивает, а слегка подается навстречу моему прикосновению, издавая тихий стон. Ее бедра невольно двигаются навстречу моим пальцам, и я чувствую, как ее дыхание учащается. Ткань юбки плотная, но я ощущаю жар под ней, влагу, собирающуюся между ее ног.
– Иди сюда, – тихо говорю я. Слова падают, как бархатный занавес, который закрывается. Она подчиняется немедленно, шаги тихие, почти неслышные. Она останавливается передо мной, опустив голову, руки сложены за спиной. Я вижу легкую дрожь ее пальцев. Волосы падают ей на лицо, и я убираю их в сторону, чтобы увидеть ее щеки. Она бледна, но ее губы полные и слегка приоткрытые, приглашающие. Я приподнимаю ее подбородок пальцем, заставляя посмотреть на меня.
– Посмотри на меня.
Она поднимает взгляд, и я погружаюсь в ее темные глаза. В них этот блеск – страх и желание в одном флаконе. Я убираю прядь волос с ее лба, и она на мгновение закрывает глаза, как кошка, отдающаяся ласке. Ее ресницы трепещут, и я чувствую, как ее пульс бьется быстрее под моими пальцами. – Ты скучала по мне? – спрашиваю я, хотя знаю ответ. Она кивает, едва заметно опуская подбородок. – Да, сэр, – шепчет она. Ее голос хриплый, едва слышный шепот. Я вижу желание в ее глазах, дрожь в ее теле. Ее грудь быстро вздымается и опускается, и я вижу маленькие капельки пота на ее лбу.
– Сегодня будет по-другому, – начинаю я, садясь на край стола. Мой член теперь сильно давит на ширинку, и я должен сдерживаться, чтобы не освободить его немедленно. Головка вдавливается в ткань, и я чувствую влажность маленькой капли предэякулята, проступающей сквозь штаны. – Я хочу знать, как далеко простирается твое доверие. Ты будешь делать то, что я говорю, не колеблясь. Поняла?
Она кивает, едва заметно опуская подбородок. – Да, сэр. – Ее голос хриплый, едва ли не шепот. Я чувствую, как мой пульс учащается. Игра начинается. Я даю ей постоять мгновение, наслаждаясь напряжением, которое потрескивает между нами. Ее глаза устремлены на меня, полные ожидания. Я знаю, что она жаждет моего прикосновения, моих приказов. Ее рот слегка приоткрыт, и я вижу кончик ее языка, скользящий по нижней губе.
– Раздевайся. Медленно. Каждую вещь по отдельности.
Она подчиняется. Ее руки расстегивают пуговицы блузки, одну за другой, и я вижу, как ее пальцы слегка дрожат. Ткань соскальзывает с плеч, обнажая нежную кожу, обтягивающую грудь. На ней черный кружевной бюстгальтер, который идеально формирует грудь, и я вижу, как ее соски твердеют под тканью, маленькие, твердые бутоны, молящие о моем прикосновении. Она роняет блузку на пол, медлит мгновение, затем расстегивает застежку бюстгальтера спереди. Бюстгальтер падает, и ее груди обнажаются – полные, тяжелые, с темными, твердыми сосками, блестящими в свете. Ее груди упругие, с легким блеском влаги на коже. Я глубоко вдыхаю, вид возбуждает меня, и я чувствую, как мой член становится еще тверже, почти болезненно. Вены выступают, и я ощущаю пульсацию в паху. За ней следует юбка, она расстегивает молнию сбоку и позволяет ей соскользнуть по бедрам. Она падает на пол, и она стоит передо мной только в узких трусиках, подчеркивающих ее изгибы. Я заставляю ее помучиться, наслаждаясь секундами, пока она ждет, что будет дальше. Ее трусики тоже черные, полупрозрачные, и я вижу темные завитки между ее ног, влажно проступающие на ткани. Трусики мокрые, образовалось темное пятно, выдающее ее возбуждение.
– Трусики тоже.
Она стягивает их с бедер, и я вижу влажный блеск между ее ног, мокрые губы ее киски, раскрывающиеся от желания. Половые губы набухшие, розовые и скользкие, и тонкая ниточка влаги свисает между ее бедер. Она готова, я это знаю. Но я хочу довести ее до предела. Ее тело теперь полностью обнажено, и она стоит передо мной, голая и уязвимая, ее кожа мерцает в теплом свете. Ее руки снова сложены за спиной, жест подчинения, который возбуждает меня еще больше. Я встаю и обхожу ее, рассматривая со всех сторон. Ее кожа блестит, и я вижу легкие мурашки на руках, ее соски твердые и торчат, ее киска влажно блестит. Запах ее желания ударяет мне в нос, землистый и сладкий, и я чувствую, как мой член бешено пульсирует в штанах.
Я встаю и подхожу к ней сзади. Моя рука ложится ей на плечо, медленно скользит вниз по спине, пока я не достигаю изгиба ее ягодиц. Она слегка вздрагивает, когда я сжимаю сильнее.
Голоса сообщества
Голосов пока нет — скажите первой, что вас завело.
